![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
midzenisКак всегда в то морозное утро возле станции метро «Петроградская» было много народу. Хорошо одетый молодец человек стоял возле витрины книжного магазина и смотрел в отражение стекол. Мимо него проходили сотни людей.
Нет, не они его интересовали. Он высматривал, не следят ли за ним. Не увидев ничего подозрительного, успокоился и, не торопясь, стал спускаться в подземный переход. Именно здесь его вежливо попросили пройти в милицейский пикет. Он сразу обмяк и вскоре безучастно наблюдал, как из его объемистого портфеля доставали доллары, финские марки, золото. Попался!
Владимиром Гуреевым восхищали, ему завидовали. «Башковитый», – уважительно говорили о нем. И сам он на судьбу не жаловался. Довольно рано получил звание мастера спорта, закончил Институт физкультуры. Захотелось еще учиться – поступил в Первый медицинский. Имея два диплома, работал в одной из школ-интернатов нашего города, совмещая обязанности врача и преподавателя плавания.
«При его непосредственном участии, как преподавателя и врача, – напишут потом в народный суд руководители школы, – отделение плавания стало ведущим в стране по подготовке пловцов международного класса».
К сожалению, все это оказалось только одной стороной личности молодого специалиста. Как показало следствие, В. Гуреев на протяжении нескольких лет занимался незаконными валютными операциями.
Эрудированный врач и педагог, человек, не нуждающийся в средствах, и – валютчик? Как-то не укладывается все это в сознании… Ведь преступником он становился постепенно. Первый шаг на скользком пути махинаций, еще робкий и неосознанный, Гуреев сделал, будучи студентом-медиком. Летом работал в международном спортивном лагере. Вполне понятно, среди знакомых было немало иностранцев. Один из них однажды попросил одолжить крупную сумму советских денег. А взамен обещал привезти японский магнитофон. Давняя мечта, казалось, становилась реальностью. И Гуреев, поколебавшись, пошел на сделку. В залог взял доллары.
Студент-иностранец так и не вернулся в Ленинград. Не привез магнитофон. Доллары поначалу жгли ладони, а потом, по-видимому, чувство неловкости исчезло. Гуреев начал приобретать где придется иностранную валюту…
Подобный человек становился опасным для общества. Он, словно бацилла, начинает заражать окружающих духом стяжательства. Выискивает себе подобных , заводит подозрительные знакомства...
В начале следствия Гуреев отрицал многие факты, предъявленные ему обвинением. Но опытный юрист старший следователь Ю.А. Гуляев представил суду неопровержимые улики...
Мне захотелось увидеть Гуреева, отбывающего сейчас свой срок, и узнать, какие он сделал выводы из пережитого. Мы встретились. Это был обиженный, подавленный человек, так и не понявший сердцем, за что его наказали. Вот отрывок из нашего разговора:
– Как же так получилось? – задал я первый вопрос. И ожидал услышать все что угодно, но только не.
– Виновата любовь к хорошей музыке. Ну и незнание законов.
– Но позвольте, дожив до сорока лет, и не знать элементарных правил поведения?
– Конечно, знал, читал, в кино видел. Но это все происходило как бы в стороне. Никогда не думал, что подобное случится со мной.
Как будто спохватившись, добавил:
– Конечно, незаконными валютными делами никогда в жизни заниматься больше не буду.
Думается, что к валюте Гуреева и вправду уже никогда не потянет, он поймет, что моральный крах его закономерен.
«Вечерний Ленинград», 17 января 1976 года.
Нет, не они его интересовали. Он высматривал, не следят ли за ним. Не увидев ничего подозрительного, успокоился и, не торопясь, стал спускаться в подземный переход. Именно здесь его вежливо попросили пройти в милицейский пикет. Он сразу обмяк и вскоре безучастно наблюдал, как из его объемистого портфеля доставали доллары, финские марки, золото. Попался!
Владимиром Гуреевым восхищали, ему завидовали. «Башковитый», – уважительно говорили о нем. И сам он на судьбу не жаловался. Довольно рано получил звание мастера спорта, закончил Институт физкультуры. Захотелось еще учиться – поступил в Первый медицинский. Имея два диплома, работал в одной из школ-интернатов нашего города, совмещая обязанности врача и преподавателя плавания.
«При его непосредственном участии, как преподавателя и врача, – напишут потом в народный суд руководители школы, – отделение плавания стало ведущим в стране по подготовке пловцов международного класса».
К сожалению, все это оказалось только одной стороной личности молодого специалиста. Как показало следствие, В. Гуреев на протяжении нескольких лет занимался незаконными валютными операциями.
Эрудированный врач и педагог, человек, не нуждающийся в средствах, и – валютчик? Как-то не укладывается все это в сознании… Ведь преступником он становился постепенно. Первый шаг на скользком пути махинаций, еще робкий и неосознанный, Гуреев сделал, будучи студентом-медиком. Летом работал в международном спортивном лагере. Вполне понятно, среди знакомых было немало иностранцев. Один из них однажды попросил одолжить крупную сумму советских денег. А взамен обещал привезти японский магнитофон. Давняя мечта, казалось, становилась реальностью. И Гуреев, поколебавшись, пошел на сделку. В залог взял доллары.
Студент-иностранец так и не вернулся в Ленинград. Не привез магнитофон. Доллары поначалу жгли ладони, а потом, по-видимому, чувство неловкости исчезло. Гуреев начал приобретать где придется иностранную валюту…
Подобный человек становился опасным для общества. Он, словно бацилла, начинает заражать окружающих духом стяжательства. Выискивает себе подобных , заводит подозрительные знакомства...
В начале следствия Гуреев отрицал многие факты, предъявленные ему обвинением. Но опытный юрист старший следователь Ю.А. Гуляев представил суду неопровержимые улики...
Мне захотелось увидеть Гуреева, отбывающего сейчас свой срок, и узнать, какие он сделал выводы из пережитого. Мы встретились. Это был обиженный, подавленный человек, так и не понявший сердцем, за что его наказали. Вот отрывок из нашего разговора:
– Как же так получилось? – задал я первый вопрос. И ожидал услышать все что угодно, но только не.
– Виновата любовь к хорошей музыке. Ну и незнание законов.
– Но позвольте, дожив до сорока лет, и не знать элементарных правил поведения?
– Конечно, знал, читал, в кино видел. Но это все происходило как бы в стороне. Никогда не думал, что подобное случится со мной.
Как будто спохватившись, добавил:
– Конечно, незаконными валютными делами никогда в жизни заниматься больше не буду.
Думается, что к валюте Гуреева и вправду уже никогда не потянет, он поймет, что моральный крах его закономерен.
«Вечерний Ленинград», 17 января 1976 года.
